Анна с первого взгляда поражает своей красотой, безмятежным спокойствием, искренне детским, чистым взглядом и ангельской улыбкой, отличающейся кротостью, нежностью и добротой. Сложно представить, что жизнь этой девушки — ежедневная борьба за здоровье мужа — участника СВО.
У Анны не было свадебного платья, напутственных слов молодоженам в заге, пышного праздника. На регистрацию с Марком они поехали из госпиталя, на Анне — зеленое летнее платье, избранник — в военной форме, в руках — трость. На тот момент будущий супруг проходил реабилитацию в госпитале имени А. А. Вишневского.
— Мы получили свидетельство о регистрации брака в МФЦ, в очереди перед нами получали свидетельство о смерти. На обратном пути в госпиталь заехали за кольцами, — вспоминает Анна.
С момента встречи с Марком прошло около года. В аптеку Кольцово, где Анна работала фармацевтом, иногда за медикаментами заглядывали солдаты, проходившие обучение на местном полигоне. Марк был в числе мобилизованных на СВО. Завязалось общение. Декабрь 2022 стал еще более серым после отъезда мужчины на Украину. Но даже на расстоянии Анна и Марк всегда были на связи.
— Он не рассказывал деталей, где находится, что происходит. Сообщал, когда пошел на задание, когда вернулся, говорили обо всем, кроме войны, — рассказывает Анна.
В мае 2023 года в день своего рождения Анна получила страшную весть. Позвонил сослуживец и сообщил, что во время боя под Бахмутом Марка тяжело ранили в голову. Его удалось вынести с поля боя, пройдя заминированный участок. Но дальнейшая его судьба неизвестна. Друг смог ему оказать первую помощь и вынести в пункт эвакуации, но где Марк сейчас и что с ним — не знает никто.
Начались долгие поиски. Анну поддерживали родители. Все вместе они обзванивали госпитали, но ответ оставался неизменным: Марк Иванов не поступал, неизвестных среди пациентов нет.
В начале июня Анне в соцсеть «ВКонтакте» написала волонтер из госпиталя имени Н. Н. Бурденко, которая обратила внимание на солдата, находившегося долгое время в коме. Когда воин пришел в себя, не мог двигаться, говорить, ничего не помнил. Волонтер поднесла ему маленькую меловую досточку, вложила в левую руку мел — пальцы левой руки могли сгибаться, и попросила написать имя. Раненый с трудом вывел — МАРК. Фамилию не мог вспомнить, родной город — тоже. Тогда волонтер стала называть поочередно реки и города России. Так нашли малую Родину солдата, его страницу в соцсети «ВКонтакте» и вышли на Анну.
— У Марка нет родителей, его воспитывала мама, но она умерла, о нем некому позаботиться. Как только я узнала, что он жив и находится в госпитале, сразу уволилась с работы. Родители взяли отпуск, и мы поехали в Москву.
Перед приездом Анна разговаривала с Марком по видеосвязи. Он ее не узнавал, не мог говорить, он мог кивнуть в ответ на вопрос. Анна и ее родители объединились, чтобы вместе бороться за здоровье Марка.
— Мы начали учить его разговаривать, в первый раз после ранения Марка вывезли на коляске на улицу. В госпитале не хватает рук, медсестры ставят уколы, капельницы, делают перевязки, проводят назначенное лечение, но некому заниматься восстановлением тяжелораненых, учить их говорить, сидеть, ходить. Мама разговаривала с Марком, проговаривала по слогам слова, чтобы он повторял. Когда он научился отвечать односложно: да или нет, мама просила его отвечать предложением.
Когда у родителей закончился отпуск, они вернулись в Кольцово. Анна осталась. Она ночевала в госпитале, заботилась о Марке. Девушку, непривычную к больничным будням, многое шокировало, но она находила в себе силы в качестве волонтера помогать медсестрам.
— Госпитали все переполненные, даже в коридорах лежали бойцы. Мужчины не плачут, они кричат. Тех, кого уже прооперировали, нужно было помочь переложить с операционного стола на кушетки и развести по палатам. В госпиталях очень нужны волонтеры.
Анна и Марк за лето 2023 года прошли несколько госпиталей Москвы. Девушка отмечала каждое малейшее улучшение как победу.
— В госпитале Вишневского был хороший реабилитолог Алишер. Он учил Марка правильно ходить. Было очень много занятий и разных процедур. Но оставались проблемы: правая нога двигалась не вперед, а в сторону, а стопа подворачивалась.
Анна ухаживала за Марком и не теряла надежду, что он поправится. В августе мужчина мог уже делать первые самостоятельные шаги, а в сентябре в статусе молодоженов пара приехала в Кольцово. За два с половиной года Марк прошел двадцать курсов реабилитаций, Анна неизменно была рядом.
Дом пополнялся разными тренажерами: эллипсоид, беговая дорожка, всё — для поддержания активности.
— У Марка часто кружилась голова, нужно было делать операцию — краниопластику.
Сейчас Марк может самостоятельно ходить в летнее время. Зимой препятствием становятся сугробы и лед. Иногда с Анной они выбираются в зоопарк, ездят на спектакли. Марк может пользоваться компьютером и телефоном, самостоятельно одеваться.
— Правда, еще не поддаются пуговицы и шнурки, — говорит Анна.
В настоящее время Марк учится на программиста. Впереди еще много реабилитаций.
— В Клинике мозга в Берёзовске Марку током стимулировали поврежденную часть мозга для восстановления нейронных связей. Потом была бесплатная реабилитация в Клинике Лядова в Химках. Все оплачивал благотворительный фонд. К тому же в клинике Лядова был замечательный нейропсихолог Юлия. Она рассказала про нейропорт — это стимуляция мозга через язык. Мы приобрели маленький приборчик, принцип действия которого прост: пластина кладется на язык, и маленькие электродики его стимулируют. После этого Марк стал писать правой рукой. Хорошие результаты получили в «Кинетик» в Новосибирске. Марк пролечился там уже два раза, перед Новым годом выиграл бесплатный курс реабилитации.
Анна во всем поддерживает супруга, и шаг за шагом происходят маленькие чудеса, его здоровье улучшается. Сейчас девушка учится в НГТУ и там же работает инженером. Она сетует только на то, что мало проводит времени дома.
— Марк большую часть времени находится один, и, на самом деле, для ветеранов СВО не хватает мероприятий по социализации. Есть множество спортивных историй, но, к сожалению, он в них он пока не может участвовать. Но важно верить в лучшее! И каждый день делать то, что можешь делать.
У Анны не было свадебного платья, напутственных слов молодоженам в заге, пышного праздника. На регистрацию с Марком они поехали из госпиталя, на Анне — зеленое летнее платье, избранник — в военной форме, в руках — трость. На тот момент будущий супруг проходил реабилитацию в госпитале имени А. А. Вишневского.
— Мы получили свидетельство о регистрации брака в МФЦ, в очереди перед нами получали свидетельство о смерти. На обратном пути в госпиталь заехали за кольцами, — вспоминает Анна.
С момента встречи с Марком прошло около года. В аптеку Кольцово, где Анна работала фармацевтом, иногда за медикаментами заглядывали солдаты, проходившие обучение на местном полигоне. Марк был в числе мобилизованных на СВО. Завязалось общение. Декабрь 2022 стал еще более серым после отъезда мужчины на Украину. Но даже на расстоянии Анна и Марк всегда были на связи.
— Он не рассказывал деталей, где находится, что происходит. Сообщал, когда пошел на задание, когда вернулся, говорили обо всем, кроме войны, — рассказывает Анна.
В мае 2023 года в день своего рождения Анна получила страшную весть. Позвонил сослуживец и сообщил, что во время боя под Бахмутом Марка тяжело ранили в голову. Его удалось вынести с поля боя, пройдя заминированный участок. Но дальнейшая его судьба неизвестна. Друг смог ему оказать первую помощь и вынести в пункт эвакуации, но где Марк сейчас и что с ним — не знает никто.
Начались долгие поиски. Анну поддерживали родители. Все вместе они обзванивали госпитали, но ответ оставался неизменным: Марк Иванов не поступал, неизвестных среди пациентов нет.
В начале июня Анне в соцсеть «ВКонтакте» написала волонтер из госпиталя имени Н. Н. Бурденко, которая обратила внимание на солдата, находившегося долгое время в коме. Когда воин пришел в себя, не мог двигаться, говорить, ничего не помнил. Волонтер поднесла ему маленькую меловую досточку, вложила в левую руку мел — пальцы левой руки могли сгибаться, и попросила написать имя. Раненый с трудом вывел — МАРК. Фамилию не мог вспомнить, родной город — тоже. Тогда волонтер стала называть поочередно реки и города России. Так нашли малую Родину солдата, его страницу в соцсети «ВКонтакте» и вышли на Анну.
— У Марка нет родителей, его воспитывала мама, но она умерла, о нем некому позаботиться. Как только я узнала, что он жив и находится в госпитале, сразу уволилась с работы. Родители взяли отпуск, и мы поехали в Москву.
Перед приездом Анна разговаривала с Марком по видеосвязи. Он ее не узнавал, не мог говорить, он мог кивнуть в ответ на вопрос. Анна и ее родители объединились, чтобы вместе бороться за здоровье Марка.
— Мы начали учить его разговаривать, в первый раз после ранения Марка вывезли на коляске на улицу. В госпитале не хватает рук, медсестры ставят уколы, капельницы, делают перевязки, проводят назначенное лечение, но некому заниматься восстановлением тяжелораненых, учить их говорить, сидеть, ходить. Мама разговаривала с Марком, проговаривала по слогам слова, чтобы он повторял. Когда он научился отвечать односложно: да или нет, мама просила его отвечать предложением.
Когда у родителей закончился отпуск, они вернулись в Кольцово. Анна осталась. Она ночевала в госпитале, заботилась о Марке. Девушку, непривычную к больничным будням, многое шокировало, но она находила в себе силы в качестве волонтера помогать медсестрам.
— Госпитали все переполненные, даже в коридорах лежали бойцы. Мужчины не плачут, они кричат. Тех, кого уже прооперировали, нужно было помочь переложить с операционного стола на кушетки и развести по палатам. В госпиталях очень нужны волонтеры.
Анна и Марк за лето 2023 года прошли несколько госпиталей Москвы. Девушка отмечала каждое малейшее улучшение как победу.
— В госпитале Вишневского был хороший реабилитолог Алишер. Он учил Марка правильно ходить. Было очень много занятий и разных процедур. Но оставались проблемы: правая нога двигалась не вперед, а в сторону, а стопа подворачивалась.
Анна ухаживала за Марком и не теряла надежду, что он поправится. В августе мужчина мог уже делать первые самостоятельные шаги, а в сентябре в статусе молодоженов пара приехала в Кольцово. За два с половиной года Марк прошел двадцать курсов реабилитаций, Анна неизменно была рядом.
Дом пополнялся разными тренажерами: эллипсоид, беговая дорожка, всё — для поддержания активности.
— У Марка часто кружилась голова, нужно было делать операцию — краниопластику.
Сейчас Марк может самостоятельно ходить в летнее время. Зимой препятствием становятся сугробы и лед. Иногда с Анной они выбираются в зоопарк, ездят на спектакли. Марк может пользоваться компьютером и телефоном, самостоятельно одеваться.
— Правда, еще не поддаются пуговицы и шнурки, — говорит Анна.
В настоящее время Марк учится на программиста. Впереди еще много реабилитаций.
— В Клинике мозга в Берёзовске Марку током стимулировали поврежденную часть мозга для восстановления нейронных связей. Потом была бесплатная реабилитация в Клинике Лядова в Химках. Все оплачивал благотворительный фонд. К тому же в клинике Лядова был замечательный нейропсихолог Юлия. Она рассказала про нейропорт — это стимуляция мозга через язык. Мы приобрели маленький приборчик, принцип действия которого прост: пластина кладется на язык, и маленькие электродики его стимулируют. После этого Марк стал писать правой рукой. Хорошие результаты получили в «Кинетик» в Новосибирске. Марк пролечился там уже два раза, перед Новым годом выиграл бесплатный курс реабилитации.
Анна во всем поддерживает супруга, и шаг за шагом происходят маленькие чудеса, его здоровье улучшается. Сейчас девушка учится в НГТУ и там же работает инженером. Она сетует только на то, что мало проводит времени дома.
— Марк большую часть времени находится один, и, на самом деле, для ветеранов СВО не хватает мероприятий по социализации. Есть множество спортивных историй, но, к сожалению, он в них он пока не может участвовать. Но важно верить в лучшее! И каждый день делать то, что можешь делать.
