11 марта в Союзе пенсионеров Кольцово состоялось знакомство с третьей книгой кольцовского поэта Тамары Ивановны Медведевой «Лепестки моих открытий», которую она презентовала 7 марта в Новосибирской государственной областной научной библиотеке.
Сборник получил высокую оценку коллег по перу. Геннадий Прашкевич, член Союза писателей России, написал к нему предисловие: «Да, лепестки. И они вовсе не легковесны. Мона Лиза, Флоренция, Рафаэль, Байкал, Куинджи, стихи о Лунной ночи, которые заключают перевод стихов японского поэта Мёэ, Ахматова, Высоцкий, Шопен — ряд долгий, его можно продолжать. И всё это — мир Тамары Медведевой, точнее, часть ее большого внутреннего мира. Это ее удача, или предчувствие очень близкой удачи. Это ее культура, которая возвышает и ее, и ее читателя».
Тамара Ивановна под стать своему сборнику — настоящий многолепестковый цветок: 16 лет преподавала японский язык, литературу, историю и культуру в Сибирском институте международных отношений и регионоведения, параллельно являясь учителем японского языка в Биотехнологическом лицее № 21. Сейчас поэтесса на пенсии, но ее жизнь наполнена активными событиями: в Союзе пенсионеров Тамара Ивановна ведет клуб разговорного английского, занимается народными танцами, преподает японский в языковом клубе «ИнЯз» и обожает путешествовать. И свои эмоции от поездок запечатляет в стихах.
Тамара Медведева начала писать рано, еще в школе. Юная жительница Новосибирска в девятом классе ходила в литобъединение начинающих поэтов при Новосибирской писательской организации.
— У нас в те годы был руководитель Илья Фоняков, очень известный сибирский поэт. У него занимались начинающие поэты и писатели. Я — девятиклассница — была самым младшим участником клуба. Меня Илья Фоняков даже ни по имени, ни по фамилии не знал. Я там сидела скромненько в школьной форме, в фартучке.
Однажды на встрече клуба Тамара Ивановна набралась смелости и прочитала свое первое стихотворение:
Человек наступил на цветок,
Наступил впопыхах, ненароком.
Но убит был зеленый росток,
Еще только налившийся соком.
Нет, не сон это был, а явь.
И на жизнь было столько похожего,
Что я, мертвый цветок подняв,
От души пожалела прохожего.
Тамара Ивановна навсегда запомнила слова Ильи Фонякова:
«Всегда ожидаешь что-то новое и гениальное, но, к сожалению, этого не произошло. Из всего прослушанного я могу выбрать только трех человек».
— И вот среди этих трех он последней назвал меня! И меня это настолько удивило. Я первый раз решилась — и вот... Он сказал, что стихотворение, может быть, еще наивное, но что-то в нем есть.
Тамара Ивановна продолжала писать стихи, будучи студенткой НГУ. О своей поэзии тех лет вспоминает с нежностью: «Стихи, может быть, были не самые глубокие, но достаточно искренние»:
Я счастья кусочек в кармане несу,
И жадно ловлю я воздушное месиво,
А листья смеются в осеннем лесу
И падают вниз, потеряв равновесие.
И солнце танцует, и пахнет грибами,
И облачный замок застыл на весу.
И все от того, что, вдруг встретившись с вами,
Я счастья кусочек в кармане несу.
Тамара Ивановна признается, что мечтала стать журналистом и собиралась поступать в Москву, в МГУ. Но судьбу определил простой момент: в Академгородке экзамены были в июле, а во всей стране — в августе. Поскольку Тамара Ивановна уже поступила в НГУ, второй раз ей не хотелось сдавать экзамены. К тому же весомым аргументом стали уговоры мамы, которая не хотела, чтобы дочь уезжала. Тамара Ивановна попала в группу японского языка и влюбилась в Японию. Япония ответила взаимностью.
— Когда я стала преподавателем японского языка и спецпредметов: литературы и истории Японии, получила приглашение на стажировку в Страну восходящего солнца. Японцы со всего мира набирали иностранных преподавателей японского и обучали их японской методике преподавания. Помимо этого, у нас еще были спецкурсы по японскому искусству: лекции по японской литературе, икебана и чайные церемонии. Мы ходили в японские школы, даже проводили там уроки.
Тамара Ивановна с восторгом говорит о любимой стране:
— Для меня Япония — это как праздник! Я даже написала целую поэму «Душа Японии». Там я подробно описала все свои поездки в эту страну, учебу и самое главное — путешествия по Японии. На последней неделе стажировки нам показывали самые красивые места: исторические, культурные и природные достопримечательности. Поэтому мой сборник так и назывался «Загадочные лики Японии».
Часть поэм о Японии вошла в третий сборник. Вдохновившись классической японской поэзией в жанрах танка и хокку, Тамара Ивановна нашла свое прочтение любимых японских стихов:
— Конечно, это форма совсем необычная. Японские классические стихи очень короткие. И там каждое слово имеет значение. И они все, в основном, переведены. И делать свои переводы невозможно, потому что получится просто перестановка слов.
Классическая поэзия, как и большинство японского национального искусства, основаны на эстетике дзен-буддизма. Краткая форма несет в себе глубокие идеи, зашифрованные именно в символике. Эти краткие стихи требовали от поэта жесткого самоограничения, придавая весомость каждому слову. И эта поэтика учитывала обязательно встречную работу мыслей читателя.
Тамара Ивановна привела пример своего прочтения знаменитого японского поэта, классика Мацуо Басё, который в переводе Веры Марковой на русский звучит следующим образом: «Старый пруд. Прыгнула в воду лягушка. Всплеск в тишине».
Старый пруд тишиною окутан,
Словно вечность застыла над ним.
Зачарованный этой минутой,
Обретает покой пилигрим.
Но вскочила лягушка в тиши,
Всплеск воды оживил камыши.
Так единство покоя с движением
Проявляется общей их тенью.
В творчестве Тамары Ивановны был большой перерыв. Она полностью посвящала себя преподаванию японского языка, вдохновение к ней вернулось в 2017 году.
— Благодаря супругу, я девушкой-студенткой переехала в Кольцово, он всю жизнь работал на «Векторе». А жена за мужем — как ниточка за иголочкой. Я вышла замуж на втором курсе и никогда не жалела. Живу здесь с того времени, когда был построен легендарный первый дом. Я была первым преподавателем русского языка и литературы в Кольцовской школе № 5, более 20 лет проработала учителем японского в Биотехнологическом лицее № 21. На моих глазах разрасталось Кольцово. Тут вся моя жизнь. И после потери близкого человека нужна была отдушина. И отдушиной стали стихи.
За это время вышло три сборника поэтессы. А еще сбылись две ее заветные мечты: художник нарисовал ее портрет, а композитор Анна Пахомова, педагог Кольцовской детской школы искусств, написала две песни на ее стихи «Прогулка» и «Английский клуб», ее ученица — Саша Небогатикова — под руководством своего преподавателя написала песню «Прощание с летом».
Но у поэта еще осталась одна мечта:
— Я очень любила путешествовать и все свои деньги целенаправленно тратила на это. Побывала в Португалии, Испании, Италии, Чехословакии, Венгрии, Франции, Германии, Голландии, Японии, Вьетнаме, Таиланде, Малайзии, Китае. Но во время ковида сорвалась поездка в Англию. У нас была запланирована шикарная программа: двенадцать дней путешествия по всей Англии, включая Шотландию и Эдинбург. А на обратном пути мы были должны проехать по всем шекспировским местам, заехать на озеро Лох-Несс и четыре дня побывать в самом Лондоне.
Возможно, в ближайшем будущем мечты поэтессы осуществятся, а прогулки по шекспировским местам вдохновят на новые стихи, и мы увидим новый сборник...
Сборник получил высокую оценку коллег по перу. Геннадий Прашкевич, член Союза писателей России, написал к нему предисловие: «Да, лепестки. И они вовсе не легковесны. Мона Лиза, Флоренция, Рафаэль, Байкал, Куинджи, стихи о Лунной ночи, которые заключают перевод стихов японского поэта Мёэ, Ахматова, Высоцкий, Шопен — ряд долгий, его можно продолжать. И всё это — мир Тамары Медведевой, точнее, часть ее большого внутреннего мира. Это ее удача, или предчувствие очень близкой удачи. Это ее культура, которая возвышает и ее, и ее читателя».
Тамара Ивановна под стать своему сборнику — настоящий многолепестковый цветок: 16 лет преподавала японский язык, литературу, историю и культуру в Сибирском институте международных отношений и регионоведения, параллельно являясь учителем японского языка в Биотехнологическом лицее № 21. Сейчас поэтесса на пенсии, но ее жизнь наполнена активными событиями: в Союзе пенсионеров Тамара Ивановна ведет клуб разговорного английского, занимается народными танцами, преподает японский в языковом клубе «ИнЯз» и обожает путешествовать. И свои эмоции от поездок запечатляет в стихах.
Тамара Медведева начала писать рано, еще в школе. Юная жительница Новосибирска в девятом классе ходила в литобъединение начинающих поэтов при Новосибирской писательской организации.
— У нас в те годы был руководитель Илья Фоняков, очень известный сибирский поэт. У него занимались начинающие поэты и писатели. Я — девятиклассница — была самым младшим участником клуба. Меня Илья Фоняков даже ни по имени, ни по фамилии не знал. Я там сидела скромненько в школьной форме, в фартучке.
Однажды на встрече клуба Тамара Ивановна набралась смелости и прочитала свое первое стихотворение:
Человек наступил на цветок,
Наступил впопыхах, ненароком.
Но убит был зеленый росток,
Еще только налившийся соком.
Нет, не сон это был, а явь.
И на жизнь было столько похожего,
Что я, мертвый цветок подняв,
От души пожалела прохожего.
Тамара Ивановна навсегда запомнила слова Ильи Фонякова:
«Всегда ожидаешь что-то новое и гениальное, но, к сожалению, этого не произошло. Из всего прослушанного я могу выбрать только трех человек».
— И вот среди этих трех он последней назвал меня! И меня это настолько удивило. Я первый раз решилась — и вот... Он сказал, что стихотворение, может быть, еще наивное, но что-то в нем есть.
Тамара Ивановна продолжала писать стихи, будучи студенткой НГУ. О своей поэзии тех лет вспоминает с нежностью: «Стихи, может быть, были не самые глубокие, но достаточно искренние»:
Я счастья кусочек в кармане несу,
И жадно ловлю я воздушное месиво,
А листья смеются в осеннем лесу
И падают вниз, потеряв равновесие.
И солнце танцует, и пахнет грибами,
И облачный замок застыл на весу.
И все от того, что, вдруг встретившись с вами,
Я счастья кусочек в кармане несу.
Тамара Ивановна признается, что мечтала стать журналистом и собиралась поступать в Москву, в МГУ. Но судьбу определил простой момент: в Академгородке экзамены были в июле, а во всей стране — в августе. Поскольку Тамара Ивановна уже поступила в НГУ, второй раз ей не хотелось сдавать экзамены. К тому же весомым аргументом стали уговоры мамы, которая не хотела, чтобы дочь уезжала. Тамара Ивановна попала в группу японского языка и влюбилась в Японию. Япония ответила взаимностью.
— Когда я стала преподавателем японского языка и спецпредметов: литературы и истории Японии, получила приглашение на стажировку в Страну восходящего солнца. Японцы со всего мира набирали иностранных преподавателей японского и обучали их японской методике преподавания. Помимо этого, у нас еще были спецкурсы по японскому искусству: лекции по японской литературе, икебана и чайные церемонии. Мы ходили в японские школы, даже проводили там уроки.
Тамара Ивановна с восторгом говорит о любимой стране:
— Для меня Япония — это как праздник! Я даже написала целую поэму «Душа Японии». Там я подробно описала все свои поездки в эту страну, учебу и самое главное — путешествия по Японии. На последней неделе стажировки нам показывали самые красивые места: исторические, культурные и природные достопримечательности. Поэтому мой сборник так и назывался «Загадочные лики Японии».
Часть поэм о Японии вошла в третий сборник. Вдохновившись классической японской поэзией в жанрах танка и хокку, Тамара Ивановна нашла свое прочтение любимых японских стихов:
— Конечно, это форма совсем необычная. Японские классические стихи очень короткие. И там каждое слово имеет значение. И они все, в основном, переведены. И делать свои переводы невозможно, потому что получится просто перестановка слов.
Классическая поэзия, как и большинство японского национального искусства, основаны на эстетике дзен-буддизма. Краткая форма несет в себе глубокие идеи, зашифрованные именно в символике. Эти краткие стихи требовали от поэта жесткого самоограничения, придавая весомость каждому слову. И эта поэтика учитывала обязательно встречную работу мыслей читателя.
Тамара Ивановна привела пример своего прочтения знаменитого японского поэта, классика Мацуо Басё, который в переводе Веры Марковой на русский звучит следующим образом: «Старый пруд. Прыгнула в воду лягушка. Всплеск в тишине».
Старый пруд тишиною окутан,
Словно вечность застыла над ним.
Зачарованный этой минутой,
Обретает покой пилигрим.
Но вскочила лягушка в тиши,
Всплеск воды оживил камыши.
Так единство покоя с движением
Проявляется общей их тенью.
В творчестве Тамары Ивановны был большой перерыв. Она полностью посвящала себя преподаванию японского языка, вдохновение к ней вернулось в 2017 году.
— Благодаря супругу, я девушкой-студенткой переехала в Кольцово, он всю жизнь работал на «Векторе». А жена за мужем — как ниточка за иголочкой. Я вышла замуж на втором курсе и никогда не жалела. Живу здесь с того времени, когда был построен легендарный первый дом. Я была первым преподавателем русского языка и литературы в Кольцовской школе № 5, более 20 лет проработала учителем японского в Биотехнологическом лицее № 21. На моих глазах разрасталось Кольцово. Тут вся моя жизнь. И после потери близкого человека нужна была отдушина. И отдушиной стали стихи.
За это время вышло три сборника поэтессы. А еще сбылись две ее заветные мечты: художник нарисовал ее портрет, а композитор Анна Пахомова, педагог Кольцовской детской школы искусств, написала две песни на ее стихи «Прогулка» и «Английский клуб», ее ученица — Саша Небогатикова — под руководством своего преподавателя написала песню «Прощание с летом».
Но у поэта еще осталась одна мечта:
— Я очень любила путешествовать и все свои деньги целенаправленно тратила на это. Побывала в Португалии, Испании, Италии, Чехословакии, Венгрии, Франции, Германии, Голландии, Японии, Вьетнаме, Таиланде, Малайзии, Китае. Но во время ковида сорвалась поездка в Англию. У нас была запланирована шикарная программа: двенадцать дней путешествия по всей Англии, включая Шотландию и Эдинбург. А на обратном пути мы были должны проехать по всем шекспировским местам, заехать на озеро Лох-Несс и четыре дня побывать в самом Лондоне.
Возможно, в ближайшем будущем мечты поэтессы осуществятся, а прогулки по шекспировским местам вдохновят на новые стихи, и мы увидим новый сборник...
